Печать
Категория: Белая идея
Просмотров: 4671

Незаслуженно забытый подвиг

Русско-Японской Войны

 

Один за другим пошли юбилейные годы : 2012 – двухсотлетие богатырского Бородинского сражения, 2013 – тысячасемисотлетие принятия святым Царём Константином Миланского Эдикта, поставившего начало свободному распространению христианской веры и четырехсотлетие восшествия на престол первого представителя Дома Романовых, 2014 – начало Первой Мiровой Великой Отечественной Войны, которой весь начавшийся год будет посвящён. Но есть и менее круглые, но тем не менее для нас важные, юбилеи. В эти самые дни, сто десять лет назад, началась Русско-Японская война и произошёл, поразивший весь мiръ легендарный подвиг крейсера «Варяг».

Русско-Японская война на самом деле незаслуженно забыта, но тому есть конечно причины : всего десять лет спустя разразился до этого невиданный мiровой катаклизм, покончивший со старым мiром и открывший совершенно новую эру истории человечества. Нельзя не отметить также факт, что это был первый случай, когда великая держава понесла поражение со стороны представителей не белой расы, что могло тогда казаться невозможным. Правда, после этого "первого случая" последовало несколько других случаев с другими великими державами, что окончательно снимает всякие разговоры о каком либо позоре Царской России, тем более что Портсмутский мирный договор был заключён на очень благоприятных условиях для России.

Чем больше изучаешь эту войну, тем больше поражаешься мужеству, самоотверженности, рыцарству большого множества воюющих, как среди командующего состава, офицерства, так и рядовых, но были конечно и менее славные поведения ... Как красноречиво писал однажды Владыка Дионисий, символика и параллель с нашей церковной историей так и напрашивается. В Русско-Японской войне были и сергиане, сдавшиеся в плен на милость врага, были и евлогиане, отсидевшиеся в чужом порту в ожидании конца конфликта, но были и зарубежники, активно сопротивляющиеся до конца. Им-то посвящаем эти строки.

Думая об этой войне сразу выделяется подвиг «Варяга», его командира капитана I ранга Всеволода Фёдоровича Руднева и всех "варяжцев". Подвиг «Варяга», состоявшийся в нейтральном корейском порту Чемульпо 27 января/9 февраля, на второй день начатой без объявления японцами войны, знаменует настоящее начало военных действий и свидетельствует о патриотическом и боевом духе лучших русских воинов, русского офицерства, показывает с каким чувством долга, чести и преданности готовы были сражаться в полном забытии самих себя за Веру, Царя, Родину и Андреевский флаг.

.

Мы уже не раз печатали на «Карловчанине» разные труды нашего друга, профессора МГУ, Натальи Викторовны Масленниковой о русском и славянском прошлом. Недавно получили мы замечательную статью посвящённую 100-летию кончины контр-адмирала В.Ф. Руднева, преждевременно скончавшегося 7/20 июля 1913 года в возрасте 57 лет, «не увидев позора России и не доживши до Великой войны». Несмотря на непродолжительность своей жизни, В.Ф. Руднев оставил неизгладимый след в истории Российского Флота, в истории России вообще, и в благодарной памяти русского народа. С большим подъёмом и чувством Н.В. Масленникова описывает вновь эту сверхчеловеческую решимость "варяжцев", цитируя в частности реакцию прямого свидетеля события, восхищённого открывающейся перед ним картиной, командира французского крейсера «Паскаля» : «Нам открывалось величественное зрелище, когда одинокий корабль выходит на целую эскадру».

О том, что командиры и экипажи иностранных кораблей, стоявших рядом с «Варягом» были восхищены храбростью своих русских собратьев – нет сомнения и имеется на то множество свидетельств и воспоминаний, но хотим верить, что испытывали они ещё другое чувство... В бухте Чемульпо вместе с «Варягом» стояли французский, итальянский, английский и американский корабли. Необходимо тут напомнить, что согласно международному праву Чемульпо являлся нейтральным портом. Поэтому, ультиматум поданный японцами В.С. Рудневу и командиру «Корейца» о том, что они добровольно должны выйти из порта или в противном случае будут атакованы на рейде был не меньшим, фактически даже бóльшим, преступлением, чем сама торпедная атака, тёмной ночью, всего несколько часов до этого и без официального объявления войны, кораблей российского флота, стоявших на внешнем рейде Порт-Артура.

Поведение японцев не может быть характеризовано иначе, как вопиющее безобразие, противоречащее общепринятым военным правилам и военной этике. Поэтому, помимо сочувствия со стороны иностранных командиров В.С. Руднев надеялся, и был в праве надеяться, найти в их лице эффективную поддержку. Конечно, не в том, чтобы они вступили рядом с ним в сражение против японцев – ни одна из этих стран не была в состоянии войны с Японией – , но мог он рассчитывать на официальный, торжественный, общий протест всех присутствующих стран, чего, увы, не удостоился. Лишний раз русские могли тут вспомнить знаменитые слова Государя-Миротворца Александра III, сказанные Своему Наследнику : «Помни, у России нет друзей» ...

Ни минуты не сомневаясь в своём долге, слушая только голос своей совести, весь экипаж «Варяга», как один человек, и вслед за ним не менее отважный экипаж старенькой, но удалой канонерской лодки «Кореец», безстрашно вышли в море. Грандиозная картина. С иностранных кораблей, на палубах которых выстроились команды, раздавались звуки русского гимна. Командир французского крейсера «Паскаль» вспоминает : «Мы салютовали этим героям, шедшим так гордо на верную смерть !».

Этот особо величественный момент, вписавшийся навсегда в саму историю России, когда лицом ко многократно превосходящей их по силе японской эскадре, не задумываясь, русские моряки отвергли предложение сдаться и решительно вступили в бой, чем тогда поразили весь мiръ и в частности Японию, Н.В. Масленникова описывает следующим образом : «Вот корабли подошли к выходу из бухты Чемульпо, путь преградила японская эскадра. Цель одна – отстоять честь России. В ответ на сигнал «сдаться» русские выбросили на стеньгах Андреевские флаги, которые поднимались, согласно Морскому уставу «в виду неприятеля». Это сигнал к бою. Вызов для японцев был неожиданным. Расчёт на устрашение – ведь против «Варяга» и «Корейца» стояли шесть мощных японских крейсеров и восемь миноносцев – провалился».

Не будем тут повторять хорошо известную историю того, как до последней возможности сражались отчаянные моряки-богатыри. Вспомним только последний аккорд этого отважного выступления, когда стало ясно, что боеспособность русских героев-кораблей была окончательно утрачена. Последним с «Корейца» сошёл его командир, капитан II ранга Григорий Павлович Беляев, после чего произошёл взрыв, разорвавший канонерскую лодку на куски. В.Ф. Руднев также намеревался взорвать крейсер, но пошёл на встречу просьбам командиров иностранных кораблей, боявшихся за безопасность своих судов и, открыв кингстоны, потопил славного «Варяга» с поднятой мачтой и развевающимся Андреевским флагом.

Вот как сражались, как умирали, русские герои.

Мы уже неоднократно описывали, как шесть месяцев позже, 1/14 августа, другой крейсер-герой, славный «Рюрик», искалеченный, бившийся до последней силы, не будучи уже в состоянии двигаться, решительно отказался сдаваться многократно превосходящим японским силам и, после неудавшейся попытки взорвать корабль, были открыты кингстоны и крейсер, с развевающимся Андреевским флагом, пошёл на дно под мощные крики «ура», плавающих на воде, оставшихся в живых членов экипажа.

Но далеко не только эти корабли проявили мужество и высоко отстояли честь России, несмотря на печальный исход войны. Хотим тут упомянуть героическую судьбу броненосца береговой обороны «Адмирал Ушаков». Корабль с таким славным названием не мог, иначе как славно умереть в этой неудавшейся войне.

Почему говорим мы тут об «Адмирале Ушакове» ? Дело в том, что в нашем свято-Николаевском храме в Лионе, самый вероятно пожилой прихожанин, ему за 90 лет, Георгий Георгиевич Мусатов. Он является сыном Белого офицера, капитана II ранга Георгия Александровича Мусатова, и внуком тоже капитана II ранга Александра Александровича Мусатова, старшего офицера «Адмирала Ушакова», разделившего славную смерть своего корабля 15/28 мая 1905 года во время Цусимского сражения.

Особо поучительны обстоятельства гибели «Адмирала Ушакова».

Как известно 2-ая Тихоокеанская русская эскадра встретилась с японской эскадрой рано утром 14/27 мая 1905 г. недалеко от острова Цусима. Изнурённая русская эскадра, совершив почти кругосветное безостановочное плавание, была встречена японцами врасплох. «Адмирал Ушаков», получив пробоины значительно отстал от своей эскадры под командованием контр-адмирала Николая Ивановича Небогатова, и очутился одиноким. Н.И. Небогатов со всем своим отрядом (четыре броненосца, трое из которых в боеспособном состоянии, и один крейсер) сдался в плен. На второй день боя японские суда окружили «Ушакова» и подняли перед ним сигнал : «Предлагаем сдаться. Адмирал Небогатов с командой сдался» ...

Как писал Владыка Дионисий, в этой войне, рядом со множеством героев, увы, оказались и "сергиане", принявшие в нарушение Морского устава решение сдаться в плен ради спасения жизни моряков, как митр. Сергий сдал и себя и Церковь в плен большевикам, якобы для спасения Церкви … Но как и в церковном вопросе, так и тут нашлись люди другого духа.

На «Ушакове», в ночь с 14-го на 15-ое мая, на офицерском совете, было заранее принято решение сражаться до последней крайности и при надобности взорвать корабль. И это были не пустые слова. Все переоделись в лучшую одежду, побрились, готовясь к сражению, исход которого всем был ясен, но дух оставался неизменно бодрым. «Теперь и умирать можно!», сказал командир. За обедом, старший офицер А.А. Мусатов произнёс шутливый, пророческий тост : «Ну, покойнички, выпьем!». И это вероятно была их последняя рюмка.

Командир, капитан I ранга Владимир Николаевич Миклухо-Маклай, разобрав только первую часть сигнала японцев, где им было сделано предложение сдаться, воскликнул, прямо возобновив подвиг «Варяга» : «Долой ответ, открыть огонь !» и взял курс на сближение с противником. На «Ушакове» пробили боевую тревогу. Спокойным, невозмутимым голосом командир дал последнее распоряжение : «По местам, господа. Умрём, но Андреевского флага не опозорим. Будем драться по-ушаковски !».

После 30 минут свирепого неравного боя, командир приказал экипажу спасаться и затопить корабль, открыв кингстоны, чтобы броненосец не достался неприятелю. Старшего офицера убило на мостике, когда корабль уже тонул. Японцы продолжали огонь по тонущему кораблю. Последним сошёл в воду, раненный командир. При описании гибели «Ушакова», японские газеты писали, что когда японская шлюпка подплыла к командиру В.Н. Миклухо, он сказал : «Спасайте сначала матросов, потом офицеров». Когда к нему вернулась шлюпка он уже был мёртвым на своём поясе.

Так, последним из броненосцев русской эскадры погиб, затопленный своим же экипажем в Цусимском бою 15/28 мая 1905 г., славный броненосец береговой обороны «Адмирал Ушаков», и вместе с ним его командир капитан I ранга Миклухо-Маклай, старший офицер А.А. Мусатов и множество героев, разделивших с ними славную смерть.

В 1912 году, Государь Император, посещая каюту командира миноносца, которым командовал один из уцелевших "ушаковцев", А.А. Фон Транзе, увидел на стене фотографию знаменитого броненосца и сказал : «Доблестный корабль!» и затем добавил : «Нет, это не было поражение, это была победа духа».

В род и род будет память всех, неисчислимых героев столь сегодня незаслуженно забытой Русско-Японской войны. Некоторые поражения бывают порою выше многих побед.

 

Протодиакон Герман Иванов-Тринадцатый

 

 

     

 

 

Мы пред врагом не спустили славный Андреевский стяг…

На столетие кончины контр-адмирала Всеволода Фёдоровича Руднева (19.08/1. 09. 1855 – 7/20. 07. 1913)

«На мостике «Варяга» неподвижно и спокойно стоял его красавец командир.

Громовое “ура!” вырвалось из груди всех и раскатывалось вокруг. На всех судах музыка играла русский гимн, подхваченный экипажами, на что на русских судах отвечали тем же величественным и воинственным гимном. Воздух был чист и море успокаивалось. Подвиг великого самопожертвования принимал эпические размеры», – писал находившийся на борту итальянского крейсера очевидец боя (итал. газета «Matino»).

В начале двенадцатого часа 27 января/9 февраля 1904 г. бронепалубный крейсер I ранга «Варяг» и канонерская лодка «Кореец» снялись с якоря. «Варяг» шёл впереди, за ним в кильватере следовал «Кореец». Священные звуки русского гимна «Боже Царя храни…» казалось лились с неба; «Царствуй на страх врагам… Царствуй на славу нам, Царь Православный…» – говорил военный оркестр, говорило сердце каждого русского моряка, говорит и поныне каждое русское сердце, вспоминая великий священный подвиг «Варяга». Русский гимн играли на французском «Паскале», итальянском крейсере «Эльба», английском «Тэлботе». «Варяг», проходя мимо иностранных кораблей, отвечал медью своего оркестра – звучали гимны итальянский, английский, французский… Матросы на крейсерах стояли во фрунт, многие плакали. «Нам открывалось величественное зрелище, когда одинокий корабль выходит на целую эскадру, – вспоминал позже командир “Паскаля” капитан первого ранга Сенес. – Мы салютовали этим героям, шедшим на верную смерть!»

Цель была определена, теперь все остальное было неважно, все будто растворилось и утонуло в торжественных аккордах, «Боже Царя храни…» – эти простые и такие родные и дорогие слова заполнили, казалось, самый воздух, расстилались по морю до самого горизонта, и поднимались в заоблачную высь. Вот корабли подошли к выходу из бухты Чемульпо, путь преградила японская эскадра. Цель одна – отстоять честь России. В ответ на сигнал «сдаться» русские выбросили на стеньгах Андреевские флаги, которые поднимались, согласно Морскому уставу «в виду неприятеля». Это сигнал к бою. Вызов для японцев был неожиданным. Расчёт на устрашение – ведь против «Варяга» и «Корейца» стояли шесть мощных японских крейсеров и восемь миноносцев – провалился. Флагман «Асама» дал залп, вслед за ним вся эскадра противника открыла огонь. «Варяг» не отвечал, шёл на сближение, и когда дистанция сократилась до верного выстрела русский крейсер вступил в бой…

Этот бой памятен всем нам. Он многократно описан в литературе, в 1946 г. был снят художественный исторический фильм «Крейсер Варяг». Наконец, две яркие песни о морской битве русского богатыря и его трудяги-верного помощника канонерки «Кореец» как нельзя более точно передают грозные события. Песни эти живут в народе по сей день, потому что подвиг стал достоянием Вечности. Это подвиг мужеской гордости за Отечество, подвиг мученического стояния, подвиг, ставший прочным символом несгибаемого великого русского духа. «В битве врагу не сдалися, пали за русскую честь…»

Морская династия Рудневых пошла от матроса Семёна Руднева, отличившегося под Азовом в 1696 г. и по Высочайшему повелению получившего офицерский чин. Золотая родовая жила в 1855 г. сказалась самородком: 19 августа/1 сентября родился герой. Было это в Динамюнде; отец Всеволода капитан 2-го ранга Федор Николаевич Руднев (герой Русско-турецкой войны 1828-1829 гг.) состоял командиром Рижской брандвахты. В 1857 году он вышел в отставку с чином капитана 1-го ранга и жил на пенсию с семьей в деревне Яцкой Тульской губернии. Это владение принадлежало Рудневым с 1616 г. Там, в благодатной тихой глуши произрастал своеобычный русский ум, с православным умоначертанием с ревностным сердцем, горящим преданностью Государю и Отечеству. Всеволод Федорович – моряк в пятом поколении, закалённый из рода в род героический дух предков унаследовал этот красивый скромный человек, с высоким понятием чести и верности, так свойственный лучшим сынам России.

Промчатся почти 50 лет жизни: тут и учеба в Морском корпусе в Петербурге, и служба (на действительной службе с 1873 г.) и три кругосветки и, наконец, назначение на Русский Восток… На «Варяг» Руднев пришёл уже опытным морским офицером, прошедшим службу на семнадцати кораблях и командовавший девятью.

1 марта 1903 г. Руднев принял командование «Варягом», самым мощным крейсером русского флота, самым красивым, самым быстроходным… Корабль был спущен на воду в 1899 г. и в 1901-м вошел в строй русского флота, прибыв в Кронштадт. В 1902 г. «Варяг» вошел в состав Порт-Артурской эскадры.

Это был четырехтрубный, двухмачтовый, бронепалубный крейсер первого ранга водоизмещением 6500 тонн. Артиллерия главного калибра крейсера состояла из двенадцати 152,4-мм (шестидюймовых) орудий. Кроме того, на корабле было двенадцать 75-мм орудий, восемь 47-мм скорострельных пушек и две 37-мм пушки. Крейсер имел шесть торпедных аппаратов. Он мог развивать скорость до 23 узлов. Однако… «Головной корабль новой серии легких крейсеров, создаваемых для нужд Дальнего Востока, “Варяг” оказался, по сути, экспериментальным кораблем, на котором был применен, вопреки требованиям МТК (Морской технический комитет), ряд мало опробованных новшеств, сыгравших крайне отрицательную роль в его судьбе» (подробнее см. Б. Г. Галенин. Цусима – знамение конца русской истории. Скрываемые причины общеизвестных событий. М., 2009).

Обстановка на Дальнем Востоке России ухудшалась. Япония форсировала усилия по подготовке к войне. Японцы сумели добиться немалого превосходства в силах над дальневосточной группировкой войск Российской империи.

Накануне войны «Варяг» распоряжением царского Наместника на Дальнем Востоке генерал-адъютанта адмирала Е. И. Алексеева был направлен в нейтральный корейский порт Чемульпо (современный Инчхон, рядом с корейской столицей Сеулом), в котором «Варяг» должен был охранять русскую миссию и нести обязанности старшего стационера на рейде…

Японо-русская война началась в ночь с 26 на 27 января (ст. ст.). Тогда в Порт-Артуре эскадра адмирала Того атаковала русские корабли. Вторая японская эскадра под командованием контр-адмирала Уриу подошла к Чемульпо и встала на внешнем рейде.

Настало утро 27 января.

«Сегодня я получил письмо японского адмирала о начале военных действий с предложением оставить рейд до полдня, – обратился к команде Руднев. – Безусловно, мы идём на прорыв и вступим в бой с эскадрой, как бы она сильна ни была. Никаких вопросов о сдаче не может быть – мы не сдадим крейсера, ни самих себя и будем сражаться до последней капли крови… Помните, что каждый снаряд должен нанести вред неприятелю. Помолимся Богу перед походом и с твёрдой верой в милосердие Божие пойдём смело в бой за Веру, Царя и Отечество. Ура!»

Японцы грозили открыть огонь по русским кораблям в нейтральном порту, что было грубым нарушением международного права, кроме того, в Чемульпо на тот момент стояли английский, французский, итальянский крейсеры, американская канонерская лодка «Виксбург» и русский грузо-пассажирский пароход «Сунгари». Подвергать опасности эти суда просто не представлялось возможным для русских.

Было решено идти на прорыв, любой ценой. Это было решением капитана, безоговорочно поддержанным командой. В.Ф. Руднев крепко помнил завет отца: «На твою долю выпадает честь отметить 200-летие службы Рудневых Российскому флоту. Помни среди Рудневых трусов и изменников не было. Не склоняй головы перед врагом, пока она цела. Не спускай пред ним флага!» и, конечно же, твёрдо знал, как и другие русские моряки, особый пункт Морского устава, составленного Петром I: «Корабли российские ни перед кем не должны спускать своего флага». На траверзе острова Иодольми у выхода из залива Чемульпо японская эскадра преградила путь нашим кораблям в открытое море.

Бой «Варяга» продолжался приблизительно один час. Бронепалубный крейсер с фактически открытыми орудиями (они не были прикрыты даже бронещитами) выдержал натиск 70-кратно по огневой мощи превосходившего противника (см. Б. Г. Галенин. Указ. соч.), выдержал… нанес мощному «Асаме» тяжелые повреждения, крейсер "Акаси" получил столь серьёзные удары, что после этого боя чинился в доке целый год. Ещё два крейсера получили не менее тяжелые раны, крейсер "Такачихо" затонул от полученных повреждений, следуя в порт с ранеными японскими моряками на борту. Один из миноносцев был потоплен «Варягом» во время боя.

Получив большую пробоину ниже ватерлинии, и потеряв управление и скорость, в 12.15 крейсер начал медленно разворачиваться и, огрызаясь огнём левого борта и кормовых орудий пошёл обратно в порт. Во время отхода, крейсер прикрывала огнём своей артиллерии канонерка "Кореец" выпустив по врагу 52 снаряда, и повредив два японских миноносца, следуя в кильватере крейсера, канонерка также ушла в порт. «Кореец» не получил повреждений. Однако на военном совете было принято решение взорвать канонерку и затопить крейсер – корабли не должны были достаться японцам. На «Варяге» открыли все кингстоны, командир Руднев последним покинул крейсер; в 18.10 «Варяг» лёг на левый борт и ушёл под воду с развевающимся Андреевским флагом.

570 русских моряков явили в тот незабвенный день подвиг русской святости. Они шли в бой, чтобы победить и победили. До конца выполняя свой долг, мужественно сражались с врагом, раненые не оставляли своих боевых постов, капитан был ранен в голову и контужен, но продолжал командовать боем; потери составили 31 человек.

Возвращение героев в Петербург стало триумфом. Они были награждены Георгиевскими крестами и медалью «За бой Варяга и Корейца». Капитан I ранга В. Ф. Руднев награжден орденом св. Георгия IV степени и получил чин флигель-адъютанта Его Императорского Величества. «Самурая» Руднева, как прозвали русского героя японцы, в 1907 г. по повелению императора Мэйдзи Муцухити наградили высшим орденом Японии – «Восходящего солнца» II степени; поначалу, правда, Руднев отказался от этой награды, однако по настоянию Государя Императора Николая II, все же принял её, но, разумеется, ордена никогда не надевал.

В 1905 г. В. Ф. Руднев с присуждением звания контр-адмирал был отправлен в отставку.

Расхожим стало мнение, что в «добровольную ссылку» в родные пенаты (усадьба при дер. Мышенки Алексинского уезда Тульской губернии) заслуженный контр-адмирал, воистину народный герой удалился якобы потому, что-де в 1905 г. он не пожелал утишить разошедшееся море народное: не сдержал «подёрнутых революцией» матросов, и за это попал в опалу? Трудно поверить, что именно эти обстоятельства, если таковые вообще имели место, – ведь только год назад в героическом бою капитан отстаивал именно честь России, боролся за Веру и Царя, как же он мог «поддерживать революцию» (?), несшую разрушение Отечеству – стали причиной отставки. Нет. Была разыграна, очевидно, некая интрига, и Руднева попросту убрали подальше от Царя, ведь слишком преданным России офицером он был. Увы, случай в то время не единичный. И как результат «войны тёмных сил», стремившихся создать вокруг Царя своего рода вакуум, известные слова Государя: «Везде измена и трусость, и обман», – записанные им в дневнике в марте 1917 г. и… сокрушение Великой России-Святой Руси.

В. Ф. Руднев не увидел позора России, он не дожил и до Великой войны. Ушёл 7/20 июля 1913 г. До конца дней своих занимался он делами мирскими, хозяйственными, попечительствовал земским школам, был ктитором храма Казанской Богоматери в селе Савине, где и обрёл он последний приют. Помнится, лет 35 назад пришлось нам посетить эти благодатные места. Одинокая могила близ храма, никого и ничего рядом, тихо кругом, вечный сон русского капитана не нарушает ничто… Волновалось тогда сердце наше, волновалось сильно, ведь стояли совсем рядом с легендарным «Варягом», точнее с его сердцем – бесстрашным святым капитаном…

Ныне все порядочно изменилось: в 1992 г. на могиле поставлен памятник – бюст В. Ф. Руднева, а в 2004 г. к столетию боя «Варяга» и «Корейца» здесь же в Савине, близ храма и могилы сооружен музей В. Ф. Руднева. Ещё раньше в 2000 г. в деревне Русятино Заокского района Тульской области был открыт музей контр-адмирала В. Ф. Руднева. В самой же Туле 30 сентября 1956 г. установлен памятник Рудневу работы архитектора А. Я. Кольцова, скульптора И. Г. Онищенко.

Вот и все. Совсем простая, да и недолгая жизнь. Рождение, воспитание, учёба, служба, отставка, кончина… Но за это отпущенное Господом земное время Человек доказал, что создан он по образу Божию и выполнил завещанную всем нам задачу – уподобился Творцу.

Народ наш, особенно исстрадавшийся за последнее столетие, удивительным образом все же не теряет своего нравственного облика, хранит память о святых подвижниках своих, о своих героях. В свое время В. О. Ключевский в речи о преп. Сергии справедливо отметил, что «нравственное богатство народа наглядно исчисляется памятниками деяний на общее благо, памятями деятелей, внесших наибольшее количество добра в свое общество. С этими памятниками и памятями срастается нравственное чувство народа; они – его питательная почва; в них его корни; оторвите его от них – оно завянет, как скошенная трава. Они питают не народное самомнение, а мысль об ответственности потомков перед великими предками, ибо нравственное чувство есть чувство долга».

Долг памяти народным героям воистину наша первейшая обязанность, память о пронзительных взлётах русской истории очищает и возвышает наши души и в годину безвременья.

«Варяг»…

Н.В. Масленникова